Забавный текст

[vstep]

При всём при том - стоит прочтения
---

Цитаты Галковского

Анатолию Иголкину по поводу поселян (начало):

Откуда возникло странное русское слово «крестьянин»? Первоначально крестьян на Руси называли «смердами», то есть буквально «вонючками». Подобное отношение к деревне не есть нечто характерное именно для России. В Греции, например, крестьян именовали «поганками» («поганус»). В дохристианскую эпоху это звучало, разумеется, не в смысле «поганые», однако не менее, а может быть и более выразительно — «погань». Со временем слово «смерд» стало просто неприличным и его стали заменять эвфемизмами. Подобная «эволюция понятий» напоминает историю со словами «уборная» или «нужник». Или — если брать этнолингвистический пример — евреи. Слово «жид» в России постепенно стало бранным, а в Германии в это же время стало бранным слово «еврей», так что бедных немцев в XIX веке принуждали называть евреев «израэлитами». «Йуден» и «хебреен» было неприлично. Да и в России к началу века «евреями» называть евреев было уже неудобно. Предпочитали слово «иудей». «Крестьянин» это и есть буквально «иудей». Сначала «крестьянами» («христианами») у нас стали именовать монастырских крестьян. То есть шли церковные иерархи, потом — монахи, потом — белое духовенство, а ещё ниже — приписанные к монастырям холопы-«хрестьяне». Просто «люди», ведь христианами-то были уже все и давно. Так же «христианами» в Латинской Америке испанцы называли покорённых и внешне латинизированных индейцев. Постепенно слово понравилось и «христианами» в России стали называть всех земледельцев.

Когда речь идёт о национальной психологии, следует очень осторожно заниматься обобщениями и, в частности, отличать сословные черты характера от черт этнических. Если мы рассматриваем «русского крестьянина», то всегда следует различать, что у него от «русского», а что от «крестьянина». Крестьяне (как и уголовники) существа удивительно интернациональные. Сходство между французским, сенегальским или вьетнамским крестьянином поразительное: глупость, жадность, трусость, патриархальная семейственность и т.д. Именно из-за этого вопрос о так называемом русском национальном характере сильно мистифицирован. В силу ряда обстоятельств русские на 80, а то и 90 процентов состояли из крестьян, и их НАЦИОНАЛЬНЫЕ черты маскировались чертами СОСЛОВНЫМИ.

То же наблюдалось в течение громадного промежутка времени у евреев, «нации лавочников». Создали евреи самостоятельное государство, где «лавочник» естественно составил меньшинство, и мир увидел совершенно другие черты еврейского характера, до этого лишь маскированные чертами сословными. По идее Израиль должен был явиться мировым посредником, торгашом и банкиром. А было создано агрессивное милитаристское государство, ведущее перманентные войны СО ВСЕМИ соседями. Правда, войны это неудачные, так как природная жестокость и агрессивность евреев не дополняется объективными историческими и географическими условиями, необходимыми для УСПЕШНОГО ведения боевых действий. Таким образом, можно говорить, что естественный отбор и исторический опыт упрямо выталкивает евреев в русло посредничества и торговли, а не автаркии и прямого подавления. Хотя талантливые евреи способны и на то и на другое — и на «Спарту», и на «Сибарис».

Здесь мы и подходим к смешной вещи. Действительно, в силу ряда исторических, этносоциальных и географических причин русские почти всё время своего существования были по преимуществу крестьянами. Но, ВГЛЯДИТЕСЬ ПОПРИСТАЛЬНЕЕ. Русские всегда были ПЛОХИМИ КРЕСТЬЯНАМИ. Помните: «русский крестьянин никогда не сажает деревьев». А ведь это основа крестьянской психологии. Или крестьянский труд, как таковой. В России это всегда наказание Божие, «непосильная работа», сопровождаемая заунывными воплями и плачем («этот стон у нас песней зовётся»). Сравните, например, с китайцами и вообще Дальним Востоком. Там крестьянский труд любят и ценят, входят в тонкости. Китайский крестьянин распахивает и засевает овощами землю между шелковичными деревьями. Если едет куда-нибудь на телеге, обязательно берёт с собой коробку, в которую заботливо складывает навоз, падающий на дорогу. И дело тут вовсе не в густонаселённости или плодородности территории. Густонаселённость — это следствие крестьянского трудолюбия и любви к земле-кормилице. В Японии земли пригодной для обработки вообще почти нет, тут бы на землю плюнуть и «кормиться морем». Так нет, от великой любви к крестьянскому труду японцы стали ИЗ КАМНЕЙ сады выкладывать. То есть склонность к земледелию в крови, в самом основании национальной психологии, и с этим ничего не поделаешь.

И с плохим русским крестьянином тоже ничего не поделаешь. Судьба-злодейка принуждала русских на протяжении столетий заниматься почти исключительно сельским хозяйством, но:

1. Труд земледельца на Руси был неблагодарным из-за климатических (зона «рискованного земледелия») и политических (набеги степных варваров) причин. Китаец за своей стеной столетиями сажал рис и знал, что ровно через такой-то срок соберёт богатый урожай с вероятностью 9/10. А русский сеял зёрнышко и думал, не лучше ли сразу съесть. Само слово «посеять» по-русски двусмысленно: «Чёрт возьми, кошелёк где-то посеял». И постоянно шла селекция: остался жить в деревне — умер, ушёл в город — выжил.

2. Но это ещё ладно. Главное, что по корневой этнопсихологии русские никакие не крестьяне. Русский — это пират, захватчик, наглый рукосуй-распределялкин. Салтыков-Щедрин очень метко Долгоруких обозвал «князьями Рукосуевыми». Вот русские. И место русского не деревня, а город. Точнее, «укрепрайон». Русские — отличные воины, причём не в офицерском корпусе, как, например, поляки, а именно в массе, в народной толще. Для крестьянина в высшей степени характерна «массовая трусость». Собрался сброд, дали по нему залп и людишки побежали во все стороны, как тараканы. А у русских именно на зверином уровне психологии толпы — массовая агрессия и злоба. То есть, наоборот, один русский ещё и струсит и потеряется, но в толпе навалится и растерзает кого угодно. И именно после «залпа», когда зверя ранят. Это что, мирные крестьяне? Это не «земледельцы», а «землееды». Помните толстовский рассказик «Много ли человеку земли нужно?» Там захватчик земледельца переборол насмерть. Уелся землицей человечек-то русский. Мирные скотоводы глядючи только покрякивали.

Но что было делать русским, если по историческим и географическим условиям они на 80 процентов состояли из крестьянства? Плохого крестьянства, но на 80 процентов. Надо было ТЕРПЕТЬ. Вот нетерпеливые и взбалмошные поляки терпеть не стали, хотя у них, как