Автор Тема: Вот такой он бывает "русский авангард".  (Прочитано 827 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн vstep

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1537
  • Пол: Мужской
    • Сайт села Карпово МО
Мегапафосный "спутникипогром" :)
Но кто положит свой условный "бейц" под условный топор и скажет что "ну такова тут у нас быть не может". Я бы сказал вполне может. Иногда оно случается. Про это самое ещё наш картавый "классик жанра" прогутарил лет около 100 назад - "верхи не могут, низы не хотят". Аналогии с тем временем конечно хромают на обе ноги, но "движущие силы" то те-же самые (про них - третью составляющую в этой формуле Владимир Ильич со свойственной ему природной скромностью умолчал).
---

Россия черной ярости и боли



Я — черная ярость Ивана. Я — ледяные слезы Ивана. Я — тщательно сдерживаемая боль Ивана. Я — Новая Россия Ивана.

Есть два основных нарратива о происходящем на Донбассе: «агенты Кремля мутят бунт против Украины» vs «замученные жизнью шахтеры восстали против киевских фашистов». Оба нарратива частично верны: среди организаторов бунта действительно есть люди, близкие к Кремлю, в то же время большую часть восставших действительно составляет местное население, жизнь которого действительно не сахар даже без всяких фашистов.

Но оба нарратива, описывая разные грани донбасской реальности, не могут ухватить суть явления. Которая крайне проста: на Донбассе восстала Россия 1993 года, Россия рессантимента, Россия оскорбленного национального чувства, Россия «не вписавшихся в рынок», Россия монетизированных льгот, депрессивных моногородов и спивающихся ветеранов Чеченских войн. Россия «красно-коричневых», навсегда, казалось бы, расстрелянная из танков 21 год назад, но на самом деле лишь напуганная, спрятавшаяся за занавеску и все два десятилетия за этой занавеской выжидавшая.

Ее характерные признаки: ультраправый имперский национализм, глубокая религиозность, агрессивный экспансионизм, антизападничество, апелляции к социальной справедливости, сочетание национального («Вернуть величие русской нации», «вернуть земли русской нации») с социальным («Вернуть приватизированное имущество русской нации»). Это Россия военных, Россия рабочих, Россия священников, Россия казаков, Россия всех тех, кто был унижен, оскорблен, задвинут на задворки жизни, поставлен перед выбором: или отказаться от мечтаний о русском величии, или пить горькую в компании таких же бедолаг в выцветшем камуфляже, вспоминая дни, когда наши танковые части были расквартированы в Берлине.

Россия всех тех, кто был идеально встроен в колоссальный советский военно-промышленный комплекс, кто видел свою судьбу в служении безмолвным винтиком гигантского военного механизма, а после 1991-го года оказался выброшенным на свалку, когда гигантский военный завод превратили в торгово-развлекательный комплекс (неполноценности). Россия тех, кому вместо прорыва сквозь дымящиеся после ядерных ударов поля предложили прорываться через китайскую границу с баулом поддельных джинсов «Дольче и Габбана». Россия лишних людей, подпольных людей, забытых людей, людей сложных производств и высоких технологий, оказавшихся излишними в новой реальности.

Россия Донбасса — нищего, озлобленного, лишенного всяких перспектив, с заколоченными социальными лифтами, уважающего культ силы. Россия, где верхняя черная полоса на флаге означает не уголь, а боль и отчаяние. Синяя полоса — ледяную беспощадность. Красная — ярость и месть.

Это Россия реванша победителям 90-ых, неважно, с какой стороны границы они находятся, Россия национального возрождения и национального мщения, Россия, не понимающая слова «нельзя», Россия, готовая воевать. И уже воюющая, и уже собравшая под свои знамена три с лишним тысячи бойцов, число которых увеличивается с каждым днем.

Зверь «русского фашизма», навсегда, казалось бы, похороненный, загнанный, низведенный до потешных «русских маршей», все-таки вырвался на свободу и с каждым днем пожирает все новые и новые территории. Любые потери его лишь раззадоривают, любая пролитая кровь — лишь вызывает азарт, а отсутствие официальной поддержки Кремля снимает последние ограничения. Донбасс еще не понял, что перед ним не очередные политические придурки, а воплощение его смутных мечтаний о силе, ярости, войне и дележе награбленного Ахметовым. Донбасс еще не понял, что речь идет не о войне с Киевом, а о пересмотре самого сложившегося миропорядка, о разрыве черной безысходности праздником огня и крови, о новом будущем и новом шансе на новую жизнь.

Стрелков, ДНР, ЛНР — все они еще пытаются соблюдать приличия, еще надеются на ввод войск, еще сами пугаются своей дерзости и масштаба брошенного ими вызова. Но когда эта надежда умрет, когда Путин и Порошенко пожмут руки на камеру, все неуклюжие приличия будут отброшены, вся надежда потеряна и десятки тысяч добровольцев устремятся к людям, вешающим ахметовских топ-менеджеров на перекрестках вниз головой. В том числе добровольцев украинских: майданная революция и обещания «Правого сектора» о новом справедливом обществе оказались блефом, «национал-социалисты» кормятся с рук олигархов, и все те идеалистические юноши, гибнувшие за новую Украину, погибли зря, Украина осталась такой же, как и до Майдана.

Когда это поймут сами украинцы, когда стрелковцы перестанут отмалчиваться и поднимут на щит движущее ими стремление к национальному величию и социальной справедливости, когда видео с первой казнью «авторитетного бизнесмена» выложат в сеть, когда священники будут кропить святой водой бойцов, с криками «Слава России!» добивающих охранников офиса Коломойского, Зверя не остановит уже ничто. И так как в самой природе Зверя — экспансия, империя, право на все русские земли и весь русский народ (так, в Конституции ДНР прямо прописан «Русский Мир»), то рано или поздно Зверь дойдет до Москвы.

Мы должны быть готовы к этому.
---
Источник